От редактора словаря

Словарь Хельги Харальдссона — явление, весьма примечательное в ряде отношений.

Во-первых, это первый русско-исландский словарь в истории. Этот пионерский словарь обращен к двум категориям пользователей: к исландцам, изучающим русский язык, и к русским, изучающим исландский язык. И для тех, и для других он будет неоценимым пособием. Словарь рассчитан на читателей с самым разным уровнем владения языком: в нем найдут ответы на свои вопросы и начинающие изучать язык, и опытные переводчики. Он, несомненно, будет способствовать активизации овладения русским языком исландцами и исландским — русскими.

Во-вторых, это, видимо, самый большой из русско-иноязычных словарей, на выходном языке которого говорит такое малое количество людей — всего немногим более 260 тысяч. Совершенно очевидно, что выпуск таких словарей, рассчитанных на относительно ограниченный круг пользователей, — дело непростое в чисто издательском плане, поскольку тираж в этом случае достаточно скромен. Очень отрадно, что среди исландских издателей есть люди, ставящие высшие интересы над соображениями прибыли.

В-третьих, этот большой словарь написан одним человеком, что в наше время встречается все реже. Хельги Харальдссон напряженно трудился над ним более двадцати лет, не щадя себя, отдавая этой работе все свое свободное время, все свои знания и силы. Свой гигантский труд он выполнил прежде всего во имя идеи — построить словарный мост между нашими народами.

Работа над большим словарем — это не только напряженный умственный труд, мобилизация всех знаний лексикографа, неустанные поиски, сомнения и прозрения, это еще и колоссальная по объему техническая работа. Здесь неоценимую помощь оказала Хельги Харальдссону его жена Дина Харальдссон-Шабакаева, блестяще владеющая компьютерной техникой.

«Русско-исландский словарь» Хельги Харальдссона откроет исландскому пользователю неисчерпаемо богатый мир русской культуры, даст возможность читать в оригинале Пушкина и Лермонтова, Гоголя и Тургенева, Достоевского и Толстого, Блока и Горького, Ахматову и Пастернака и многих других замечательных русских писателей и поэтов. Он, этот словарь, поможет исландцам проникнуть в драматический мир русской истории

— и минувшей, и нынешней. С помощью этого словаря читатель сможет по страницам русских газет следить за жизнью в России в один из поворотных периодов в ее истории.

Словарь этот также поможет русскому читателю узнать поразительный духовный мир Исландии. В этой до недавнего времени очень бедной стране, где большая часть народа столетиями жила в неотапливаемых землянках, люди сплошь грамотны вот уже в течение нескольких веков. Благодаря этому сохранилась преемственность между богатейшей литературой древней Исландии — сагами, эддической и скальдической поэзией — и современной культурой страны. Культурная традиция на острове льдов и вулканов не прерывалась.

Нельзя не сказать несколько слов об исландском языке. Его отличают несколько черт. Это один из самых архаичных европейских языков: его грамматика почти не изменилась со времен заселения страны в IX в., а изменения в области произношения практически не отразились в написании. Поэтому современный исландец читает древние саги с такой же легкостью, с какой мы читаем тексты в дореволюционной орфографии. Далее, это один из самых «чистых» языков: в нем очень немного иностранных слов, для большинства современных понятий исландцами придуманы обозначения, в которых использованы ресурсы своего языка. Так, например, инфляция — это «ценовздутие» (verðbólga), хлорофилл — «листозелень» (blaðgræna), гомеопат — «мало-дозо-врач» (smáskammtalæknir), спектр — «цветоряд» (litróf) и т. д., и т. п. Наконец, это очень богатый язык, в котором, наряду с современной лексикой, отражающей все важнейшие понятия жизни XX в., сохраняется, благодаря знанию современными исландцами своей средневековой литературы, мощный слой древней лексики.

Я имел удовольствие быть редактором словаря Хельги Харальдссона и в этом качестве прочитал всю рукопись, некоторые части не один раз. Мы с ним обсуждали множество проблем, связанных с этим словарем, — и общих, и весьма частных — стремясь к тому, чтобы он был максимально полезен и удобен для пользователя. Этот мой труд я посвящаю памяти замечательного исландского ученого и прекрасного человека, моего покойного друга Аудни Бёдварссона.

Валерий Берков